Дорогая моя столица

Дорогая моя столица
..
К 190-летию обретения Кишиневом статуса столицы : [есть сведения o известных личностях Кишинева]
Все-таки есть у венценосных особ особый дар предвидения, умение найти недоступное для большинства. Иначе как объяснить, что весной 1818 года русский император Александр I из нескольких предложенных ему селений здесь, в Бессарабии именно Кишинев выбрал и назначил столицей Бессарабской губернии? А ведь назначил и угадал!
Надо напомнить, что к тому времени император в роли освободителя от Наполеона посетил большинство европейских столиц и закончил победоносную кампанию в славном городе Париже. Какой должна быть европейская столица, ему было хорошо известно. Легче всего предположить, что Александр I увидел в Кишиневе с десятитысячным тогда населением имеющий стратегическое значение перекресток Европы, который попадает под его контроль. Может быть, и так!
И ровно через 3 года после царского вердикта о Кишиневе заговорила Европа. Здесь, в Бесарабии, в 1821 году формируется движение за освобождение Греции от Османского ига, движение Еттерии. В ту пору кишиневец Александр Сергеевич Пушкин писал своему другу полковнику Василию Львовичу Давыдову в Петербург: “Уведомляю тебя о происшествиях, которые будут иметь следствия важные не только для нашего края, но и для всей Европы”. Но, увы, тот же император Александр I на правах руководителя Священного союза (победителей Наполеона) выступает категорически против освободительного движения. Европе нужен мир.
А через шестьдесят лет внук Александра I император Александр II отсюда же, из Кишинева, точнее, со Скакового поля, что на Рышкановке, все же благословляет поход объединенных войск на Балканы против Османской империи. И Кишинев навсегда вошел в историю как город, где начались свобода и независимость Болгарии. В память об этом сегодня в Кишиневе, на Рышкановке, и в Москве, на Старой площади, стоят одинаковые православные часовни, где бережно хранится память о Балканских походах 1877 года, о героях Шипки, об отважном генерале Скобелеве и о городе Кишиневе, откуда все это началось.
В Кишиневе начинались походы не только на Запад, но и на Восток. Через шестьдесят лет после Балканской эпопеи, в тридцатых годах ХХ века, столица Бессарабии стала плацдармом для подготовки нападения на Советский Союз. В гитлеровском плане “Барбаросса” (директива Э21) прямо указывается на то, что одним из вариантов нападения на СССР будет направление через Румынию и Бессарабию. Ведь в 30-х годах здесь, в Кишиневе, были сконцентрированы представители всех мировых антисоветских сил. Руководство Российского общевойскового белогвардейского союза (РОБС) из Парижа именно в Кишинев направляло самых опытных и прославленных в боях с большевиками специалистов. Их печатный орган – газета “Возрождение” – указывала адреса руководства своего движения в такой последовательности: Париж, Белград, Кишинев.
Полными хозяевами себя здесь чувствовали и фашисты. Отделение НДРСП активно принимало в партию новых членов из рядов немецких колонистов юга Бесарабии. В городе привольно себя чувствовали штатные сотрудники немецкой, английской, французской и даже японской разведок. Самая худшая была румынская разведка, агентура которой продавалась дешевле остальных. Активно действовал в районе Маловата Дубоссарского уезда тайный “коридор перехода через Днестр” в СССР и оттуда сюда. В Кишиневе даже был создан беженский комитет, который занимался перебежчиками из Советского Союза.
А еще через шестьдесят лет нагрянули события, связанные с появлением нового государства – независимой Республики Молдова. В Кишиневе старую Площадь Победы переименовали в Площадь Великого Национального собрания, памятник Штефану Чел Маре передвинули на несколько метров вперед, и появился новый флаг, то есть это был старый Румынский флаг, но теперь он именовался как новый Молдавский. Потом “вожди молдавского народа”, наскоро повенчавшись со статуями и, по словам простых людей, нахапав из народных запасов, драпанули обратно к себе, в Румынию. А в пустые правительственные кабинеты вернулись старые партийные чиновники, но уже с новыми партийными билетами.
Надо сказать, что все означенные события, происшедшие в столице Кишиневе с периодичностью в шестьдесят лет, имели серьезные последствия и нашли отражение на карте Европы и в жизни многих народов.
На моем веку над примэрией Кишинева пять (!) раз менялся флаг. Это значит, пять, раз встречные потоки мигрантов и эмигрантов уносили из города одних кишиневцев и приносили новых кишиневцев. В такой круговерти и очередном переименовании названий старых улиц нетрудно не только лицо, но и облик потерять городу. В своей сто девяностолетней истории столица Кишинев прошла путь от десятитысячного поселка до миллионного мегаполиса (со всеми своими пригородами) – это очень сложный путь развития урбанизированного организма. И это одновременно бесценный материал для исследований социологов, статистиков, психологов, историков и прочих гуманитариев и представителей точных наук. Мне хочется верить, что такие работы ведутся. Ведь следы прошлого теряются.
Сегодня трудно себе представить путь развития города, в котором так много необычного. Например: в первой половине XIX века в обязанности городского головы входило назначение палача в Кишиневе. Кто об этом помнит сегодня? А в госархиве есть документ о палаче, фамилию называть не стану из этических соображений. Потомки этого человека и поныне живут и даже правят в Кишиневе. А в неофициальном мире города существовала на Малой Малине известная школа воров. Прямо скажем – успешно существовала. До семнадцатого года сотрудничество с одесскими коллегами выделяло наших мастеров легкой наживы в отдельную мощную группировку европейского криминального мира. Вот и такую, не очень привлекательную страницу имеет история Кишинева.
Но город помнит и не может забыть своих подлинных героев. Известно, что Кишинев в прошлом часто горел. Страдал от землетрясений и наводнений, но более всего потерь и бед людям приносили, как и всем южным городам, многочисленные инфекционные эпидемии. Можно сказать, что истинным спасителем города стал его первый санитарный врач Тома Феодосий Чорба. Его подвижническая деятельности стала образцом мужества, героизма и гражданского долга. Кишиневцы помнят его и чтут память об этом удивительном человеке.
Основателем современного Кишинева был Карл Александрович Шмидт, городской голова с 1877-го по 1903 гг. К моменту окончания Великой Отечественной войны в 1944 году Кишинев был практически разрушен, но среди руин возвышались остовы примэрии, городского банка, суда и нескольких других городских достопримечательностей, выстроенных в эпоху мэра Шмидта. Они выдержали не только бомбы фашистской, американской и советской авиации, но и устояли во времени. Эти здания украшают город и ныне. В конце XIX века так сложилось, что и администрация, и военное руководство губернии, архитекторы были в основном немцы. Так Центральный Кафедральный Собор построил немец Карл Фон Дитрих, губернаторами были: генерал-майор Иван Гартинг и генерал – лейтенант Рудольф фон Расебен. Председателем Бессарабского губернского земства был Александр Федорович Стуарт, он же отстроил Костюженскую психиатрическую больницу и ныне успешно действующий Краеведческий музей.
Немцы успешно трудились на ниве образовании. Об отношении этих людей к делу, о чувстве собственного достоинства и об ответственности говорит такой факт: в 1903 году в нижней части нашего города произошла кровавая трагедия, которая всколыхнула всю Россию и Европу, – резня евреев, устроенная русскими черносотенцами. Первым отреагировал губернатор города Карл Александрович Шмидт. Он подал в отставку. Он просто не мог себе позволить оставаться городским головой, когда черные силы бесчинствуют в городе. Городу не нужен бессильный мэр. Не правда ли, достойный пример для нынешних отцов города?!
Особым почитанием среди кишиневцев пользовались люди искусства. Среди бесспорных героинь города является великая певица – Мария Чеботарь. В 1926 году ее заметили в соборном хоре артисты одной из студий МХАТа, приехавшие на гастроли в Кишинев, и увезли с собой в Европу. Она стала одной из лучших певиц мира. Ее чарующий голос звенел в знаменитых залах Дрездена, Парижа, Милана, Нью-Йорка, Монреаля, Мельбурна. Имя Марии Чеботарь сегодня в ряду великих певцов в Миланском “Ла Скала”. В соборном хоре Березовского начинал и знаменитый Петр Лещенко. Кумир всей военной и послевоенной Европы. Кишиневское происхождение в нем присутствует в говоре, в произношении слов знаменитых песен.
Достаточно много имен в мировой культуре нам дорого тем, что они наши земляки. Но есть много имен в культуре, которые малоизвестны тем, что они кишиневцы. Известный кинорежиссер из Голливуда, зачинатель американской киноакадемии, дважды лауреат премии “Оскар” Луис Майлстоун (Лев Мильштейн из Кишинева). Реформатор русского национального театра, режиссер и актер Малого театра Александр Павлович Ленский родился в 1847 году в Кишиневе: Еще много имен, событий, тайн хранит 190-летняя история нашей столицы.
Смею заверить, что в Кишиневе достаточно исторического материала для серьезных исследований. Очень может быть, что потомкам предстанет какой-то другой, нам неизвестный Кишинев, который был родным и своим для наших дедов, а потом забытым.
Когда в 90-х годах прошлого века старая площадь с новым названием гремела бесконечными митингами, мне вспоминался один и тот же эпизод из детства. Послевоенный Кишинев. Сплошные руины. На нашей магале, на Скулянской рогатке, более или менее сохранилась часть улицы. В нашем семейном дворе после бомбежек осталась целой только кузница моего деда, Тертяка Дмитрия Степановича. Из окрестных сел – Гидигич, Кожушна, Трушены, Дурлешты прибывали на своих каруцах крестьяне за кузнечной помощью.
Дед со своими подручными ковали лошадей, заново варили оси телег, перетягивали обручи колес, выполняли различные крестьянские заказы. Рассчитывались продукцией. Ассортимент был беден. И все-таки довольно часто рабочий день в кузнице завершался несколькими кружками простого крестьянского вина. Тогда возникали разговоры.
В полутьме светил огонь кузнечного горна.
Было тепло и даже уютно.
Меня – ребенка – взрослые не замечали.
И сегодня детская память вытаскивает из прошлого голос деда:
– Русские были сто лет, румыны – 22 года.
– Ну и что? – встревал его брат, дед Федя.
– Как что, а эти сколько будут?
Это про только что вошедших освободителей. И все стоящие у огня одновременно заговорили, мол, дескать, ты о чем, не говори глупости.
– Ну вот, увидите – не сдавался дед – это же Кишинев!
Дословно помню этот разговор.
И будь такая возможность, я бы сегодня ответил бы моему деду:
– Ты прав, дед. И эти не задержались. Сорок семь лет, всего сорок семь лет просуществовала в Кишиневе советская власть.
После разрушительной войны, после жестоких послевоенных лет с повальным голодом, с бесчисленными инфекционными эпидемиями, засухой, насильным выселением в Сибирь – именно Советская власть восстановила и заново отстроила Кишинев, превратив его в один из красивейших городов огромной страны.
Восстанавливали город пленные немцы, а затем строили многочисленные энтузиасты со всех концов Советского Союза. Энтузиастам город понравился, большинство из них и вовсе осталось здесь жить.
Наверное, нет равных Кишиневу по ротации населения. Кишиневец в 5-6 поколениях огромная редкость.
Эмигранта – земляка можно встретить сегодня на всех континентах, в любой стране земного шара. В Канаде, в Америке, в Израиле сегодня существуют колонии бывших кишиневцев. И откуда-то оттуда дошел лозунг: “Кишиневцы всех стран, соединяйтесь!”
Но они не смогли или не захотели принять Кишинев, который обретал свое новое лицо. Еще много пройти предстоит нашему городу на пути становления и самоутверждения.
Но начало уже есть!
Кишинев – столица независимой Молдовы.
Это главное событие 190-летней истории столицы.
А это значит, что столица Кишинев никогда уже не станет подсобным плацдармом для любой соседней или просто любой другой столицы.
Это значит, что столица – Кишинев будет говорить с остальным миром на своем языке, не оглядываясь по сторонам и не забывая о том, что в Кишиневе всегда говорили и на армянском, и на болгарском, и на греческом, и на польском, и на родном, молдавском, и на русском, и на румынском, и на украинском языках, на немецком и на еврейском.
Это значит, что кишиневец освободится от комплекса провинциальности и как москвич, бухарестец, парижанин, римлянин станет по праву и по долгу европейцем с широким взглядом на реальность.
Но и уроки 190-летней истории с полным уничтожением города и фантастическим ренессансом бережно сохраним для потомков. Это наш долг перед прошлым и будущим.
И как хочется на такой вот пафосной ноте поставить точку и распрощаться с тобой, уважаемый читатель. Но знаю, меня не поймут, а может, и не простят, обвинят в укрывательстве.
Конечно же, ну никак нельзя не упомянуть, не найти место в нашей истории для нынешних горе-отцов города – Михая Гымпу и Дорина Киртоакэ. А оказывается, им и нет места в стодевяностолетней истории созидания и становления нашей столицы, потому что их фантастические усилия по удержанию власти в своих руках не имеют никакого отношения к потребностям сложного организма под названием Кишинев.
Отнесем это к издержкам и казусам демократии.
Очень жаль внуков и правнуков наших горе-героев. Им будет стыдно за своих предков. Потому что в том недалеком будущем понятие кишиневец обретет более глубокий, привлекательный и по-настоящему столичный вид и смысл. Слишком дорогой ценой достаются нам достоинство и независимость.
И все-таки достаются! И остаются!
Поздравляю тебя столица – Кишинев со стодевяностолетним юбилеем!
Живи и здравствуй! Моя столица мироздания!
Константин ОСОЯНУ,кишиневец, абориген со Скулянской рогатки, член Международной ассоциации журналистов, (Брюссель), союз кинематографистов Молдовы, союз кинематографистов России.
Advertisements

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google photo

You are commenting using your Google account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s