Catedrala Sf. Mare Mucenic Teodor Tiron (Ciuflea)

Чуфлинское наследство

История Кишинева свято хранит устойчивые пoнятия – Чуфлинская церковь, Чуфлинская улица, Чуфлинская плошадь. Эти знакомые названия связаны с жившим в XIX столетии известным предпринимателем и купцом Анастасием Чуфли, завешавшем после своей смерти городу всю свою недвижимость…

Родину обычно покидают от отчаяния: когда жизнь кажется безысходной и нет никакой даже самой призрачной надежды на завтрашний день. Большой совет многочисленного бедного семейства, собравшийся в неказистом домике в далеком Эпире, на северо-западе Греции, похоже, стал прощальным для двух его отпрысков – старший из сыновей – Федор и младший – Анастасий получили родительское благословение попытать счастье в торговом промысле на чужбине.

С надеждой прокормить себя, а при случае и поддержать семью братья отправились в Турцию. Когда же на родине началась война за независимость, братья, спасаясь от мести турок, буквально босые и нагие прибыли в Бессарабию. Местом жительства они избрали Кишинев.

Начинать, естественно, пришлось с нуля. Средства для существования следовало добыть, местному наречию – обучаться на ходу, в деле.

Братья берутся за любую работу рьяно, с южным азартом. Их видят на главных торговых улицах со связками бубликов. Слышат их зазывные, «подрумяненные» греческим темпераментом, реплики. А в межсезонье они прислуживают в кофейнях…

В течение почти десяти лет ценою больших стараний и неимоверной бережливости братья Чуфли «сколачивают» небольшой капитал. И здесь им суждено было перейти тот предел простого накопительства, который преодолевали далеко немногие – лишь самые предприимчивые и изобретательные, ведомые Поросом – божеством, олицетворяющим в греческой мифологии Разум.

На собранные деньги они решаются купить на новом базаре (территория нынешнего центрального рынка) место, где на протяжении нескольких многотрудных лет строят «весьма хороший заездной двор со всеми службами». Расчет оправдывает себя: открылся новый и довольно надежный источник для умножения капиталов. Получаемые с заезжего двора доходы братья Чуфли «бросают» на аренду помещичьих земель – имений Кайнары , Гура-Гал-бинэ, Акуй, расположенных в тогдашнем Бендерском уезде. В те годы братья Чуфли значатся среди видных торговцев хлебом, капиталы их растут.

Вскоре Чуфли становятся настолько зажиточными и независимыми, что решили исполнить давнюю свою мечту – приобретают в собственность ранее арендуемое селение Акуй, расположенное севернее Траянова вала вблизи оживленной «торговой» дороги, ведущей из Кишинева в немецкую колонию Тарутино. Селение это позже будет называться именем его владетелей – Чуфлешты. Удобной земли в этой вотчине числилось 2520 десятиню Под лесом – 656 десятин. По ревизии, проведенной Бессарабской казенной палатой в мае 1859 года, в этом селении проживало шестьдесят восемь семей, насчитывающих 164 души, из которых сто сорок были женского пола. Числился также один «бурлак», то есть наемный холостой работник.

После скоротечной опасной болезни и последовавшей кончины старшего брата Анастасий Чуфля становится прямым и единственным наследником накопленного состояния, продолжателем купеческого дела.

Торговые и коммерческие дела Анастасий Чуфля ведет с большой расчетливостью и благоразумием, «исключительно соединяя их со строгою христианскою нравственностью». Объем ежегодных торговых операций дает ему право на звание купца первой гильдии. Он приобретает в собственность другое помещичье имение Александрены (Катраник) в Ясском (Бель-цком) уезде, а также большой постоялый двор и несколько домов в Кишиневе.

Свои имения, большой и малый постоялые дворы, несколько домов купец сдает в аренду, получая постоянные доходы. На территории, примыкающей к новому базару (нынешняя улица Митрополита Варлаама, между улицами Тигина и Измаильская) Чуфли строит «гостиницу с ресторацией и номерами для приезжих». Известно, что только сдача в наем двух имений ежегодно приносит купцу около двадцати тысяч рублей дохода. «Свободные» от дела капиталы А. Чуфли охотно ссужи-вает под векселя и другие долговые обязательства; он содержит текущий счет в банке и ценные бумаги (банковские билеты), получая неплохие проценты. Однако несмотря на широкую известность и солидные капиталы, Анастасий Чуфли ведет тихую и скромную по-христиански смиренную жизнь: чурается праздности, купеческих загулов, он в равной степени ко всем внимателен и добросердечен, строг в делах, верен данному слову. «Материальное обеспечение, – писали, в последствии, в некрологе «Кишиневские Епархиальные Ведомости» (1870 г. № 19) – давшее ему средства к хорошей жизни и совершенно другое положение в обществе, не только не ослабило в нем деятельных начал христианской нравственности, а напротив, служило для него богатым средством к деятельному проявлению любви и сочувствия к ближним».

Что- что, а занимался благотворительностью Анастасий Чуфли с купеческим размахом. Почти сорок тысяч рублей серебром из собственных.средств он выделяет на сооружение Федоро-Тироновс-кой церкви, обретшей в народе имя Чуфлинская. Более 130 лет купола ее смотрятся в высокое небо столицы, а коло-кольный звон наполняет серца кишинев цев светлым божественным смыслом бытия.

Характерно, что место под строительство храма, называемое в простонародье Кавказом или Песками за необустроенность и беспорядочное расположение хижин, в которых ютился ремесленный бедняцкий люд, было избрано после обстоятельных бесед купца с бессарабским губернатором П. И. Федоровым и архиепископом Кишиневским и Хотинским Иринар-хом, давших немало полезных советов. А. Чуфли добился также; чтобы за строительством церкви наблюдал сам областной архитектор.

Купец А. Чуфли не без основания считал, что самое перспективное и бескорыстное вложение капитала – в сферу воспитания и образования подрастающего поколения. На его средства в гимназиях и высших учебных заведениях обучаются в основном дети из несостоятельных кишиневских семей (Филип Добровольский, За-харий Орлов, Хинкулов и др.) В составленном незадолго до смерти «духовном завещании» Чуфли распоряжается все свое недвижимое имущество, оцениваемое в сотни тысяч рублей, передать городу. Недвижимое имущество А. К. Чуфли было значительным. Оно включало два имения, два постоялых двора в районе Нового базара. Здесь, по улице, называвшейся Гостиной, располагались два одноэтажных каменных дома, один двухэтажный каменный «под железом», с гостиницей, а также одноэтажное весьма вместительное строение производственного характера. Все эти помещения сдавались на выгодных условиях в аренду под магазины, фабрики, склады, мастерские и т.д.

Доходы от его имений, постоялых дворов и домов он и завещает употребить в первую очередь на образование и воспитание молодежи, обязательно из неимущих семей, для чего утверждает от двух до семи именных стипендий, в частности, для учащихся Кишиневской первой мужской гимназии (в среднем более двух тысяч рублей ежегодно) с предоставлением стипендиатам права продолжить обучение в высших учебных заведениях за его счет: известны некоторые имена – Лука (будущий доктор медицины) и Георгий Дурдуфи, Чорба, Панасий, Гапонов и др, Поскольку доходность с завещанного Чуфли на стипендии имущества из года в год возрастала, то и количество стипендий, а стало быть, число стипендиатов увеличи- . вались. Гак, х,же к 901 году н< содержание стипендиатов Кишиневской первой мужской гимназии выделялось четыре тысячи рублей, а число стипендиатов увеличилось до десяти человек. В завещании называются суммы на содержание от четырех до десяти кроватей для неимущих в кишиневской городской земской больнице, а также на бесплатное лечение двух детей из бедных семей. Кроме того, на деньги Чуфли было построено и содержалось церков-но-приходское училище (школа), носящее его имя (в селении Чуфлешты). Чувство родины, кровного родства никогда не оставляло А. Чуфли, так же как и сыновняя благодарность к его второй родине – Бессарабии, приютившей его в трудную годину. Поскольку он не имел прямых наследников, понятно его внимание к своим многочисленным племянникам и племянникам, жившим на далекой родине, в Греции. В завещании он обеспечивает им определенные средства на обучение и пожизненное содержание. До десяти тысяч рублей ежегодно он распоряжается расходовать на создание Политехнического института в Афинах, содержание Афинского университета, организацию национального флота. Не забывает купец о детях-сиротах и малоимущих в местечке £ пелово, где он родился, о школе, где получил начальное образование. Он выделяет средства на содержание врача и лечение земляков, местной церкви. Словом, трудно даже перечислить все добрые дела этого филантропа. Добропорядочная жизнь Анастасия Чуфли и его щедрая благотворительная деятельность современниками оцениваются по достоинству – он награждается орденами св. Анны 3-й степени, св. Станислава 2-й степени, а греческое правительство – орденом Спасителя 4-й степени. Анастасий Чуфли получил также звание потомственного почетного гражданина города Кишинева. После смерти купца в 1870 году на протяжении более тридцати лет исполнением духовного завещания Чуфли занималась специальная комиссия душеприказчиков «эпитропов», назначенная губернским земским собранием. Пожизненными ее членами были известные в крае люди – адвокат Д. Ратко, предпри-ниматели Виктор и Иван Синадино, дворянин и земский деятель К. Дунка, Д. Кам-боли и И. Никопуло. В целом завещание выполнялось хорошо. С середины 1905 года в связи со смертью одного из душеприказчиков (Виктора Синадино) управление имуществом А. К. Чуфли передается, согласно его завещанию, кишиневской городской управе. При ней была организована так называемая «Администрация по управлению имуществом А.К. Чуфли». Ее члены-распорядители действовали по утвержденной на заседании городской думы ежегодной смете расходов из средств почетного потомственного гражданина. Преемственность в строгом соблюдении воли завещателя сохранилась. Между тем, диапазон использования выделенных сумм значительно расширился, охватывая все большие слои населения, нуждающиеся в материальной помощи. Об этом свидетельствуют многочисленные^документы администрации (сметы расходов, определения администрации, ордера, квитанции и т.д.), сохранившиеся в Национальном архиве нашей страны. В общем, деятельность как первой, так и второй «комиссий» отличалась и открытостью делопроизводства и гласностью. В «Бессарабских областных (затем губернских) ведомостях» публиковались ежегодные денежные отчеты комиссий. В 1904 году, в Аккермане, вышел сборник отчетов комиссий душеприказчиков с 1870 по 1904 годы. Чужие деньги никто даже и не думал присваивать… Братья Федор и Анастасий Чуфли похоронены в склепе, построенном на их средства Федоро-Тироновской (Чуфлинской) церкви. У входа в этот храм сохранился и мраморный памятник Анастасию Чуфли (кстати, нуждающийся в реставрации). При погребении известного купца священник Иоанн Бутук, близко знавший покойного, сказал: «…Довольно трудился ты в мире; много страдало и скорбело сердце твое… Честным образом, потом и кровью ты приобрел себе состояние, которое не скрывал, а употреблял во благо ближних». Короче и точнее о сущности этой достойно прожитой жизни, пожалуй, не скажешь. И еще. Если на свете и существует рай, то Анастасий и Федор Чуфли, безусловно, заслужили его. Владимир АНИКИН Федоро-Тироновская Ктиторы торговали в Кишиневе бубликами Обычно благотворители, строившие и открывавшие в Кишиневе богадельни, приюты, бесплатные столовые, ночлежки, церкви, – принадлежали к зажиточному сословию. Трудно сказать, из какой семьи (по материальному достатку) вышли братья Федор и Анастасий Чуфли. Но, явно, не из той, где их ждала учеба за границей или выгодная женитьба на местных красавицах. Похоже, кроме божественного по красоте уголка природы, где они родились, да любящих родителей, у братьев ничего не было. Греческая область Эпир находилась под турками, и братья, рискуя каждую минуту быть схваченными, оставили отчий дом, отправившись за удачей и богатством в Турцию. Быстро убедившись в своей ошибке, они убежали в Молдавию. Но и сюда стали доходить приказы Порты: ловить и казнить беглых греков. В одну из ночей беглецов чуть не схватили, но они выпрыгнули в окно и скрылись в темноте. Преодолев опасный путь, Федор и Анастасий, которым на тот момент исполнилось 27 лет и 21 год, добрались до Кишинева. Но и здесь, не зная языка, не имея за душой ни гроша, они терпели большую нужду. Начав торговать бубликами, они перешли служить в кофейни. Скопив небольшой капиталец, купили на новом базаре место. Через несколько лет трудов и лишений построили заезжий двор. Потом занялись посессией – стали брать в аренду земли разных имений. Работали как сумасшедшие, носили какое-то тряпье, в котором все принимали их за батраков, не досыпали, питались впроголодь, и копили, копили. Купив собственное имение в селе Акуй Бендерского уезда, оба не верили своему счастью. Неужели дом, большое хозяйство, ухоженные поля принадлежат двум ребятам, которых несколько лет подряд турецкие охотники выслеживали, как животных, как дичь? Тем самым грекам, кого в Кишиневе никто не хотел брать на работу из-за незнания языка? И тут произошло ЧП. Афанасий, которому шел сороковой год, вдруг сказал: “Все, хватит! У нас достаточно денег, чтобы нормально жить и радоваться жизни: я женюсь”. Федор растерялся. “Подожди, брат, – попросил он, – подожди еще немного, вот дотянем до 20 тысяч червонцев, разделим их поровну и живи, как знаешь”. Но заработав эту сумму, они решили ее удвоить, потом утроить… А зимой 1854 года Федора не стало. Ночуя со стадом зимой на открытом воздухе, 60-летний купец сильно простудился и отдал Богу душу. Оставшись единственным наследником большого капитала, Анастасий стал хлопотать о постройке церкви, которой ктитор решил дать имя ангела своего угасшего брата, пресвятого великомученика Тирона, чье имя православная церковь празднует 17 февраля. Купец, получив в 1856 году разрешение на строительство от новороссийского генерал- губернатора Павла Федорова и архиепископа кишиневского и хотинского, под опекой областного архитектора Николая Голикова приступил к возведению церкви. В 1858 году здание, которое поднимали из самого лучшего материала, было готово. Оно имело несколько больших и малых граненых куполов на 8-гранных барабанах. Кишиневские Епархиальные Ведомости №4 от 1875 года восхищенно описывали, как выглядела красавица в день своего освящения: “Над притвором колокольня с пятью колоколами. Самый большой и звонкий весил 25 пудов. Выше колоколов находятся часы. Церковь обнесена каменной оградой с деревянной решеткою, окрашенной зеленой краской, и обсажена деревьями в два ряда. Иконостас в церкви очень красив, в особенности царские двери своей изящной резьбою останавливают на себе внимание посетителей. Церковь, как по местоположению, так и по внутреннему и наружному виду – одна из красивейших в городе”. В 1870 году, на 70-м году жизни, отошел в мир иной и Анастасий. Ктитора похоронили вместе с братом Федором на территории Тироновской церкви. На похоронах кишиневцы впервые увидели награды донатора. Орденом Анны 3 степени его наградили за строительство церкви в такой части города, где жители нуждались в ней больше других. Ордена Спасителя 3 степени (награда греческого правительства) и ордена Станислава 3 степени, которым его удостоило российское правительство, как и звания потомственного почетного гражданина грек получил за духовное завещание. По нему, кроме сумм, назначенных племянникам и племянницам, он завещал доходы от двух имений и заезжего двора направлять на нужды благотворительности. Вот только некоторые статьи этих расходов. Каждый год отсылать в Грецию в село, где братья родились, 4 тысячи рублей на содержание лечебницы и школы. Ежегодно 600 рублей переводить на счет кишиневской городской больницы для содержания четырех больных. Материально опекать в кишиневской гимназии двух бедных стипендиатов имени Анастасия Чуфли. Само собой, в документе оговаривались денежные вливания на ежегодный ремонт Тироновской церкви… В 1962 году, когда Кафедральный собор превратили в Выставочный зал, Чуфлинская церковь, (как ее стали называть горожане), которая никогда не закрывалась, приняла на себя функцию собора. Сюда перенесли могильные плиты священнослужителей, которых за особые заслуги перед паствой похоронили в Кафедральном соборе. Это митрополит Григорий Иринопольский, архиепископы Димитрий и Антоний, викарий кишиневский Аркадий. Из “своих” здесь погребены староста церкви Иосиф Звончуков и настоятель Иоанн Бутук. Перед Чуфлинской церковью находился красивый сквер, где летом иногда выступали детские оркестры. Об этом заботился отец Георгий, тогдашний настоятель церкви. Артистов после концерта батюшка приглашал к себе на чай, а на прощание дарил им маленькие подарки.

Владимир ТАРНАКИН Татьяна СОЛОВЬЕВА

http://www.ko.md/view_article.php?issue_date=2008-06-26&issue_id=379
выпуск № 24 от 2008-06-26
http://www.ciuflea.md/

Advertisements

One thought on “Catedrala Sf. Mare Mucenic Teodor Tiron (Ciuflea)

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s